Крах германоцентризма? (Часть 1)

С каждой летней неделей создается все более устойчивое ощущение того, что Европа начинает менять не только свое общее отношение к попыткам Кремля перекроить ее по своему усмотрению, но и внутри нее происходят фундаментальные изменения. До последнего времени, доминирование связки Германия-Франция была очевидной и обсуждать это не имело смысла. Более крупная и мощная Германия, генерировала основные направления развития Старого Света и ее представления о способе решения тех или иных проблем, в конце концов, принимались остальными европейскими странами.

Скорее всего, так бы все и продолжалось, если бы не агрессия РФ против Украины. Этот фактор стал тестом на лидерство, и ни Германия, ни Франция его не прошли. Собственно говоря, невнятная позиция в самом начале агрессии, дала Путину основания полагать, что ему удастся дожать Европу и осуществить свои захватнические планы.

Но Украина оказала достойное вооруженное сопротивление, и война затянулась, а Путину пришлось усиливать давление на Европу и возник чисто европейский кризис с арабскими беженцами. Собственно говоря, Париж и Берлин не смогли адекватно ответить на вызовы, а для европейских стран, инструментарий решения проблем, предложенных, в первую очередь Германией, оказался неубедительным и кое-кому – неприемлемым. В итоге, когда РФ начала стягивать группировку своих войск к границам Балтии, лидерство указанной связки и вовсе встало под вопрос.

Оказалось, что Фрау Меркель, говоря о Путине, пребывающем в параллельной реальности, упустила маленькую, но важную деталь. Она и сама пребывает в параллельной реальности, пусть и в другой. Как оказалось, через два года войны в Украине, ни Германия, ни европейские партнеры НАТО, так и не проснулись, и не стали готовить свои вооруженные силы к отражению все нарастающей угрозы уже для членов ЕС и НАТО. Ведь лидерство, это не только и не столько право продвигать собственное видение ситуации и подбор инструментария для осуществления планов, но в первую очередь – ответственность за собственные действия или бездействие, которые становятся камертоном для ведомых стран. А ведомые страны прямо указали на то, что не желают быть потоплены волнами арабских беженцев и уж тем более – захваченными нео-большевистской Россией.

Тогда, два года назад, реально послышался треск в каркасе структур ЕС и НАТО. Германия обязана была поступить адекватным образом, если рассчитывала сохранить лидерство. Но она этого не сделала, ибо оказалась одной из самых продавленных и скупленных Путиным, стран Европы. Именно Германия стала тем Троянским конем на Запад, который Путин создал и усиленно откармливал все десять тучных лет. Собственно говоря, евроатлантические структуры не потерпели крах только по одной причине, в игру вступил настоящий лидер, способный формировать повестку дня и действовать широким спектром инструментов.

После начала переброски войск США в Европу, начала формироваться иная реальность. Но даже в этот момент, Германя пыталась притормаживать новые пакеты санкций, генерируемые Штатами как элемент политического и экономического давления на РФ. Гражданин Штайнмайер, когда-то войдет в учебники истории и политологии, как наиболее активный агент Кремля и разделит с Путиным ту кровь, которая могла бы и не пролиться в Украине и Сирии. Беда в том, что таких Штайнмайеров в Германии – легион и создан он руками другого позорного деятеля – Герхарда Шредера.

Нет никаких сомнений в том, что события не получили бы нынешней остроты и не зашли бы так далеко, если бы именно Германия поставила ультиматум Москве о том, что введет эмбарго на поставки российской нефти и газа как в саму Германию, так и через территорию Германии. Как мы знаем, куча санкций, которые уже введены против России, по факту – влияют на вторичные или третичные сегменты поступления финансов в Россию, а о перекрытии трубы не было даже намека. Только слепец не может видеть простой факт: российская агрессия запитывается деньгами, полученными от продажи нефти и газа. Перекрой их, и война кончится. Более того, можно было просто поставить в повестку дня вопрос о введении эмбарго на поставки Газпрома и Роснефти своей продукции в Европу, и диалог был бы совершенно иным.

(окончание следует)