О МОТИВАЦИИ СЛУЖИТЬ

Коротко о мотивации к службе в украинской армии. Спойлер: с ней паршиво

Наталія Мещерякова

Министр обороны Украины Степан Полторак призвал военных пенсионеров вернуться в ряды Вооруженных сил Украины. Нормальный, правильный месседж. Был бы. В 2014 году. А не у 2017-м. И не в День добровольца.

Поясню. Если офицеры запаса не вернулись в ряды армии тогда, в 2014-м или в 2015-м, когда ей нужна была помощь, когда тысячи добровольцев без военного опыта шли на фронт с чистого патриотизма, если эти офицеры, которые « по выслуге лет получили пенсионное обеспечение от государства, жилье и льготы и находятся на заслуженном отдыхе », не поняли тогда, что нужны« в непростое для страны время », то и сейчас вряд ли придут. Ну, разве что «улучшить свою пенсию» (слышала такой вариант) — и меня лично сильно пугает возвращение в армию людей с такой мотивацией.

Хочу поговорить о другом — как руководство ВСУ мотивирует нынешних военнослужащих продолжать службу. Поскольку заявление свою министр обороны сделал на День добровольца, давайте поговорим о них, добровольцев. Их в армии остается все меньше. Тех, кто штурмовал военкоматы, воевал в добровольческих батальонах, переходил в воюющие бригады на контракт, чтобы оставаться на первой линии. Трехлетняя усталость, проблемы в семьях, состояние здоровья. Но, оказывается, это не те факторы, влияющие на решение идти на гражданские хлеба после завершения контракта. Сама армия не дает добровольцам мотивации оставаться в строю, потому что их навыки, знания, опыт и таланты не нашли должной оценки в виде присвоения званий и продвижения по службе.

За время войны в армию простыми солдатами сознательно пошли люди из разных сфер, далеких от нее, с высшим образованием, школой жизни за плечами. Овладели военные специальности, проявили себя в критических ситуациях на фронте, получили военного опыта, встроили себя в армейские будни, имеют авторитет среди подчиненных и командиров. И, главное, видят себя в армии и в дальнейшем. Но армия их в своих рядах не видит. Возраст. Если тебе уже исполнилось 35 лет, Генеральный штаб не дает тебе перспективы стать офицером.

Сухой канцелярским языком: в соответствии с руководящими документами, военнослужащие из числа рядового состава, имеющих профильное образование и желание продолжать службу по контракту, не могут быть рекомендованы для прохождения обучения и предназначены на офицерские должности, поскольку не соответствуют по возрасту.

Максимум, на который может рассчитывать образованный и опытный военнослужащий — быть допущенным к выполнению обязанностей на офицерскую должность при условии, что имеет звание сержанта.

Сержантские курсы — это отдельная беда. В прошлом году непосредственно в зоне АТО были организованы курсы подготовки сержантов при бригадах, однако комиссия для принятия зачетов в зону АТЕ не прибыла и звание младшего сержанта бойцы не получили. Где бы бригада была — выходила на полигоны, чтобы провести обучение и восстановить боеспособность, или выполняла задачи в зоне АТО — поверьте, отпустить людей на три-четыре месяца на курсы — это проблема в условиях, когда на процент укомплектованности влияет каждый штык. Да и не так много желающих ехать обратно в учебные сборы, где фактически ни одного толкового тренировки не организовано — так, очковтирательство, чтобы оправдать чью должность. Зачем получать звание сержанта, если офицерское звание тебе не светит? Повторю — речь идет о образованных взрослых людей, которые благодаря своим организаторским и морально-волевым качествам способны занимать офицерские должности и достойные офицерского звания. И это в условиях, когда подразделения офицеры не укомплектованы (в связи с чем Степан Тимофеевич и призывает пенсионеров возвращаться в ряды ВСУ).

19 мая 2014 Александр Турчинов, в то время исполняющий обязанности Президента Украины, подписал Указ «О поощрении военнослужащих — участников антитеррористической операции» . Им он позволил во время проведения антитеррористической операции присваивать в порядке поощрения военнослужащим — участникам АТО очередные воинские звания до полковника (капитана 1-го ранга) включительно, независимо от занимаемой должности и сроков выслуги в соответствующем звании. Механизма присвоения нет. Все представление Главное управление кадров разворачивает. А это достаточно весомый фактор для мотивации личного состава наряду с ведомственными наградами. Даже значимым, если смотреть в перспективе. Кстати, командиры брали на себя ответственность и, ссылаясь на этот указ, присваивали военнослужащим сержантские звания. Но таких военнослужащих или вообще не допускали на офицерские курсы, или по их окончании не допускали к сдаче экзаменов, поскольку кадровые органы расценили получение ими сержантских званий как незаконное.

В бизнесе работают простые правила. Чтобы сохранить работника, необходимо удовлетворить его потребности и ожидания: деньги, стабильность, справедливость, развитие и карьеру, признание и самореализацию. На это нам указывает большое количество моделей, от пирамиды Маслоу к теориям Портера-Лоулера и Врума. Кадровая же работа в армии больше напоминает слова Генри Форда: «Только два стимула заставляют людей работать — желание заработной платы и боязнь ее потерять». Не работает.

Армия — это институт, тесно связанный с развитием общества. Социальные и экономические процессы в ней происходят несмотря закостенелость и зашоренности и независимо от желания действующих лиц системы участвовать в этих процессах. Вооруженные силы является частью процессов в государстве. И реформы в армии (не говорю о результатах — сугубо о процессе) свидетельствуют, что на нее следует экстраполировать опыт из других сфер жизни. Логистика, содержание и ремонт транспортных средств, закупка оборудования, управление финансами, информационное обеспечение — все это есть готовые решения, которые необходимо «встроить» и приспособить. То же и в сфере управления персоналом. Вооруженные силы — это работодатель, а военнослужащий — работник, мотивировать которого необходимо, в частности, карьерным ростом.

Вот худший мой прогноз. Авторитет командиров, не имеющих возможности отметить достойных, существенно пошатнется. Армия постепенно избавится мотивированных на победу опытных бойцов, которым за 35. Им на смену придут пенсионеры (для «улучшения пенсии») и работники, которые не желают воевать.